Предисловие

 

    Я думаю, что не ошибусь, если скажу, что самая лучшая проповедь есть та, которая духовно перерождает и возвышает своих слушателей. Я думаю также, что не ошибусь, если скажу, что проповеди так называемаго «Братца Иоанна», – Ивана Алексеевича Чурикова, крестьянина Самарской губернии, проповедующаго в Петербурге, – несомненно являются такими именно проповедями, так как, благодаря им, тысячи пьяниц, алкоголиков, развратников, воров и опорочников перестали пить, развратничать, воровать и нищенствовать и ведут теперь трезвую, чистую, трудовую и вообще нравственную жизнь. Они совсем ничего спиртного не пьют, табаку не курят, бранных слов не употребляют и даже мяса не едят.

Во всем этом я убедился путем долгаго и непрерывнаго наблюдения как над самим «Братцем Иоанном», так и над его последователями и путем изучения их жизни как настоящей, так и прошлой, причем я старался проверять их собственныя показания также и свидетельствами посторонних им лиц, в том числе писателей, докторов, священников и миссионеров.

Своевременно я опубликую эти свидетельства более или менее подробно, а теперь приведу только некоторыя из них.

Писатель А. С. Пругавин в своей статье «Братец Иванушка», напечатанной в вечерних «Биржевых Ведомостях» за 10 июня 1910 г., говорит о Чурикове следующее:

«Под его влиянием вчерашний горький пьяница и лентяй сегодня вдруг перерождается и становится трезвым, усердным работником. И таких случаев не десятки, не сотни, а целыя тысячи. И они налицо, у всех на глазах, всем известны».

Доктор С. Л. Тривус сказал мне:

«Что касается Братца Иоанна, то факты производимых посредством его внушений исцелений, особенно от пьянства и разврата, я вполне признаю, и за это я отношусь к нему с глубоким уважением и благодарностью. Стыдно сказать, но я скажу вам, что, не имея возможности уделять достаточно времени алкоголикам, я посылал их к Братцу Иоанну, и некоторые из них перестали пить, хотя далеко не все. Он пользуется в народе громадным нравственным авторитетом, и, благодаря этому, его внушение очень сильно. Это пушка против нашего врага – алкоголизма. Главное свое внушение Братец Иоанн производит на людей во время своих воскресных бесед. Здесь есть церковныя общества трезвости, но они не имеют такого успеха, какой имеет Братец Иоанн. Трезвенники последняго, сравнительно с церковными трезвенниками, отличаются большей сознательностью и устойчивостью».

Доктор Д. М. Лион сказал мне:

«Чуриков магически действует на психику (душу) здоровых людей, приходящих с ним в соприкосновение. И в этом мне думается, кроется также и сила его влияния на больных».

Из числа священников я могу указать здесь только на редакторов журнала «Приходский Священник», – протоиерея В. П. Галкина, и священника М. В. Галкина, – которые в своей передовой статье № 17 «Приходскаго Священника» говорят, между прочим, следующее:

«Вновь и вновь приходится возвращаться к тому вопросу, который выдвигает на очередь жизнь или вернее та шумиха, которая поднялась сейчас вокруг имени некоего «Братца Иоанна» Чурикова. Крестьянин Самарской губ., почти необразованный, кажется, даже нигде не учившийся, огнем кипящаго в нем одушевления создал безхитростную, самодельную школу воспитания народных сердец».

Другие священники, говорившие мне о громадном нравственном влиянии проповедей «Братца Иоанна» Чурикова на народ, просили меня не опубликовывать их имен. Так как их мнение о Чурикове, будучи приведено без упоминания их имен, не может иметь силы достоверности и убедительности, то я пока и не буду приводить его.

Из числа миссионеров я приведу мнение петербургскаго епархиальнаго миссионера, Д. И. Боголюбова, который прежде на своих миссионерских беседах обыкновенно говорил против «Братца Иоанна», но потом, ознакомившись с ним поближе, он добросовестно изменил свой взгляд на него и в последнее время выступил в «Церковном Вестнике» (№ 14–!%) и в «Приходском Священнике» (№№ 14, 15, 16, 17 и 18) с целым рядом статей в защиту «Братца Иоанна» Чурикова.

Вот что он, между прочим, говорит о нем в своей статье «Братец Иоанн Чуриков, как религиозный проповедник среди петербургскаго простонародья», помещенной им в № 14–15 журнала «Приходской Священник» за 1911 г.:

«Крестьянин Самарской губернии Иван Алексеевич Чуриков для петербургскаго простонародья – личность довольно примечательная. С его именем здесь соединяется большое движение в сторону протрезвления народа и упорядочения его хозяйскаго обихода. И потому для простого народа Чуриков – не просто Иван Алексеевич, а «дорогой Братец Иоанн», – молитвенник и печальник народный. Для него он подобен развернутому знамени: и все, что написано на этом знамени, священно, и для массы народной весьма дорого и убедительно. Поэтому в одном письме на мое имя какой-то почитатель Чурикова называет его «братом, показавшим народу живое Евангелие и неисчерпаемое море чудес».

Затем, стараясь объяснить причину обаяния, производимаго Чуриковым на народ, г. Боголюбов в продолжении той же статьи, помещенном в № 16 «Приходскаго Священника», пишет:

«Со дна житейскаго слышится крик, что проповеди наши безжизненны, что оне не отвечают живым религиозным потребностям современных слушателей и потому ныне наблюдается «обдержное явление», особенно в больших городах: на кафедру выходит «ученый» проповедник, а народ массой в то же время выходит из церкви».

«Почему это и как? Чем объяснить сие прискорбное знамение времени». Мы на то не нашли еще удовлетворительнаго для себя ответа, – но факт у нас перед глазами. И этот факт в наше время осложнился новыми тревожными явлениями в религиозно-народной жизни.

«Говоря так, мы имеем в виду нарождение в столицах наших и по епархиям так называемых «братцев», – проповедников. Это, обыкновенно, самые что ни на есть малограмотные крестьяне; о гомилетике нашей они и «слухом не слыхали»; заставьте их на бумаге изложить свои проповеди – они наплетут вам такого, что в негодование приведет всех гомилетов»…*)

«Тем не менее на проповеди, напр., «Братца Иоанна» Чурикова в С.-Петербурге стекаются большие толпы народныя, тогда как таким вниманием слушатели награждают далеко не всех и прямо редких наших «ученых» богословов».

«В чем же дело? Как смотреть нам после того на проповедничество разных «братцев» среди простонародья? Взгляды у людей на все разные; но нарождение в народе «братцев» – проповедников говорит, кажется, определенно о том, что народ у нас достаточно не окормляется духовно от стола пастырскаго. То, что ему приходится слышать с кафедры церковной, очевидно, слабо волнует сердце, – не перерождает его настроения…»

«И вот, народ наш, – богоносец», – тоскуя о праведной жизни, выдвигает на проповедническую кафедру своих братцев, по своим мыслям и своим намерениям. То, что говорят «братцы», конечно, по литературной форме плохо; но народу в словах их чудится святой смысл, как «живое Евангелие». И, кроме того, около таких «братцев», обычно, нарождаются своего рода живые приходы, где религиозное простонародье душу отводит: оно там духовно лечится от пороков, – там же крепнет в привычках трезвой жизни».

То, что говорят все эти лица о нравственном воздействии проповедей, – «бесед» «Братца Иоанна» на слушателей, превосходящем, повыше приведенному свидетельству миссионера Д. И   Боголюбова, даже воздействие церковных проповедей, я и сам заметил из личных своих наблюдений, и потому, желая знакомить с беседами Чурикова и тех лиц, которыя не могут лично присутствовать на них, и тем самым желая расширять сферу нравственнаго их воздействия на наш народ, который в этом  так сильно нуждается, я и приступил к систематическому записыванию и печатанию бесед Чурикова.

Сначала, именно с июня 1909 года по апрель 1910 г., я печатал беседы Чурикова в сокращенном виде в газете «Новая Русь», а потом, с закрытием этой газеты, стал со 20го мая 1910 г. издавать эти беседы отдельными листками в более или менее полном виде, результатом чего и явился настоящий сборник: «Беседы Братца Иоанна Чурикова от 2 мая 1910 г. по 1 мая 1911 г.».

Всего в сборнике помещено 50 бесед. К ним еще приложены: 1) в начале сборника листок: «Миссионеры и Братец Иоанн Чуриков» и 2) в конце сборника: «Пасхальное слово Братца Иоанна Чурикова».

За шесть воскресений, – за 28 ноября, за 5, 12 и 19 декабря 1910 г. и за 2 и 9 января 1911 г., – бесед не имеется в сборнике потому, что во все эти шесть воскресений беседы «Братцы Иоанна» не могла состояться, так как были закрыты по предписанию духовной власти.

Для того, чтобы читатели могли легко и скоро узнавать, о чем говорится в той или другой беседе, я счел нужным в оглавлении бесед поместить и краткое содержание каждой из них.

Кроме того, это краткое содержание бесед и само по себе может до некоторой степени восполнять недостаток бесед у тех из читателей, которым по чему-либо не пришлось приобрести полный сборник этих бесед.

Теперь мне остается сказать еще несколько слов по поводу двух упреков, совершенно противоположных и направляемых по моему адресу.

Одни упрекают меня в том, что я излагая беседы «Братца Иоанна» Чурикова, будто бы излагаю их неточно и даже искажаю их в своем, как говорят, «сектантском» духе. На этот упрек я уже несколько раз заявлял в примечаниях к самим беседам и в настоящем предисловии считаю нужным заявить, что хотя я, как свободный христианин, и не во всем согласен с «Братцем Иоанном», но я излагал его беседы точно и, по-возможности, буквально, что могут подтвердить как его слушатели, так и он сам. Само собою разумеется, что далеко не все сказанное им я печатал, потому что двухчасовая беседа не может вся поместиться на 4–8–10–12 страницах листка, но то, что я печатал, есть точная передача его мыслей и слов. Даже возгласы, которые раздаются на его беседах со стороны слушателей, я тщательно записывал.

О верности моих записей бесед Чурикова свидетельствуют даже и такия лица, как миссионер Д. И. Боголюбов и профессор петербургской духовной академии, иеромонах Вениамин, безпристрастие которых в этом отношении никем, я думаю, не может быть заподозрено. Первый из них в своей статье о «Братце Иоанне», помещенной в № 16 «Приходскаго священника», говорит: «в записях Трегубова мы имеем подлинный материал, на основании котораго безошибочно можем заключить о том, чему «Братец Иоанн» Чуриков учит народ, и как он вообще настроен».

А иеромонах Вениамин, который 10 октября 1910 г. был на беседе Братца, в своей статье «Подмена Христианства», напечатанной в газете «Колокол» от 13 мая 1911 г., говорит: «не только содержание, но и самый характер «проповедей» Чурикова весьма хорошо передается в печатных записях Трегубова».

Если же в моем изложении какой-либо беседы Братца и встречались ошибки, то он тотчас же указывал мне на них, и я в примечании к следующей беседе исправлял их.

Для того, чтобы избежать на будущее время ошибок, я просил потом Братца проверять мои записи его бесед до отдачи их в печать, что он и делал совместно со мною в течение всего года. Только первыя пять или шесть бесед изданы мною без предварительнаго просмотра их Братцем. Но и эти беседы, по выходе их из печати, немедленно прочитывались Братцем, и если в них оказывались какие-либо ошибки, то он указывал их мне, и я тотчас же исправлял их в примечаниях к беседам.

Что касается второго упрека, посылаемаго по моему адресу моими братьями и сестрами по вере, которые говорят, что я, издавая беседы Чурикова, как православнаго человека, утверждаю учение православной церкви и тем самым подрываю учение исповедумаего мною свободнаго христианства, то я считаю нужным, во избежание всяких недоразумений, сказать следующее:

Во-первых, беседы называются «Беседами Братца Иоанна Чурикова», а не «Беседами Ив. Трегубова». Подпись же моя свидетельствует лишь о том, что беседы эти записаны мною.

Во-вторых, и в области православнаго учения есть много такого, что входит и в состав свободнаго христианства, – это именно нравственное учение пророков, Христа, апостолов и отцов церкви, которое собственно и составляет предмет бесед Братца, почему он сам в программах своих бесед и называет последния «духовно-нравственными беседами». Если же он иногда на своих беседах и говорит о догматах и обрядах, то всегда прибавляет при этом, что, главное, надо проникаться словом Божиим, словами пророков, Христа, апостолов и отцов церкви и жить согласно с ними. «Молись, как хочешь, – говорит он в 10-ой беседе от 4 июля 1910 г., – важно только, чтобы мы жили по Евангелию».

В этом именно перенесении центра тяжести с догматов и обрядов на нравственность и заключается особенность проповедей – бесед «Братца Иоанна», так обаятельно и благотворно действующих на его слушателей. Это обаяние и эта благотворность его бесед усиливается еще тем, что он духовно-нравственно изъясняет даже и ветхозаветныя и новозаветныя события, оговариваясь, впрочем, что он не отрицает и фактической их стороны.

Вот эта именно особенность проповедей «Братца Иоанна», которую он называет «применением Писания к жизни», и привлекла меня к нему и заставила меня записывать и печатать его беседы – сначала в «Новой Руси», а потом и отдельными листками.

Я думаю, что громадный успех проповедей Чурикова в народе рано или поздно заставит и наших «ученых» проповедников обратить свое внимание на эти проповеди и заняться их изучением, несмотря на то, что оне произносятся, как выражаются эти «ученые» проповедники, «малограмотным, необразованным крестьянином».

Ведь, если даже такой великий писатель, как Л. Н. Толстой, всегда учился у «необразованных крестьян» и общение и переписку с ними находил для себя более поучительной, нежели общение и переписку с так называемыми «образованными» людьми, то не устыдимся и мы поучиться у «Братца Иоанна» Чурикова.

А у него несомненно есть чему поучиться, что может подтвердить и настоящий сборник его бесед. 

 

 

Ив. Трегубов 

10 июня 1911 г.

С.-Петербург.

Православное общество трезвенников Братца Иоанна Чурикова

Мы в контакте